Джон Маверик — русские рассказы из Германии. Интервью

1 балл2 балла3 балла4 балла5 баллов user2; 5,00
Загрузка...
Джон Маверик — русские рассказы из Германии. Интервью

Хочу вам рассказать о Джоне Маверике — авторе замечательных сюрреалистических рассказов, именно этим автор запомнился мне.

Джон живет в Германии в городе Саарбрюккен. В 1978 году ему посчастливилось родиться в Москве 2 февраля. По образованию Джон клинический психолог. В написании рассказов профессия сыграла, как мне кажется очень важную роль. Автор применяет опыт на бумаге и проводит над своими героями эксперименты. Жестокий, но интересный подход.

Публиковался в журналах «Полдень. Двадцатый век», «Млечный путь», «Юнона и авоська», «Эдита», «Очевидное и Невероятное», «Вокзал», «Второй Петербург», «Другие люди», «Сияние», «Сура», альманахе «ХХ век» и в детском иллюстрированном журнале «Кукумбер», а также в газетах «Школьник», «Горцы», «Калининградка», «Наша Канада» и еженедельнике «Обзор». Авторский сборник повестей и рассказов «Маленькое волшебство» вышел в Санкт-Петербургском издательстве «Другие люди». Рассказы автора так же вошли в сборники «Исправленному верить» (издательство ЭКСМО) и альманах «Автор». Роман «Граффити», написанный в соавторстве с Анастасией Галатенко, вышел в 2013 году в издательстве «Букмастер».

Анна: Начнем с банальностей. Проживаете вы в Германии в Саарбрюккене, как вас туда занесло из Москвы?

Джон: Все как обычно: семья уехала на ПМЖ, и я вместе с ней. Я был тогда подростком и самостоятельных решений не принимал. Теперь у меня две родины — по рождению и языку и страна, где я вырос, окончил школу, где все мои друзья и любимая работа.

А: Ваша профессия – детский психолог, но пишите вы преимущественно для взрослых, Я бы даже сказала, что вы пишете о детях для взрослых. Почему не для детей?

Д: Я пишу не только детях и не только для взрослых. По сути у моих трассказов нет какого-то конкретного адресата. Это просто мои размышления о жизни, облеченные в сказочную форму. А почему все-таки не для детей? Наверное, потому, что меня интересуют философские вопросы, чересчур сложные для юных читателей.

А: С чего началась любовь к писательству?

Д: Я люблю книги, люблю сочинять истории, вот, собственно, и все.

А: Вы уже не раз издавались, а какие дальнейшие планы? Хочется ли славы или вы относитесь к тем писателям, кто сыт только творчеством?

Д: Скорее, ко вторым. Кто может сейчас прославиться писательством? Творчество для меня хобби, а значит, по определению, не приносит ни славы, ни денег, только удовольствие.

А: А как вы относитесь к пиратству? Понятное дело, что мы с вами ничего не изменим, но это скорее для понимания, что думает писатель, а не читатель.

Д: Если рассуждать о пиратстве, то я, конечно же, принадлежу к лагерю читателей. Почти все прочитанные мной за последнее время книги скачаны в пиратских библиотеках. А мои собственные тексты лежат в сети, в открытом доступе, и каждый может их читать совершенно бесплатно.

А: Мне не удалось прочитать все ваши рассказы, их очень много. Выбрала несколько с разными датами. «Зеленый закат над Хонфлёром» — на чем основано этот рассказ, почему именно так вы описывает разницу между представлением о мире зрячего, но ослепшего и незрячего с рождения. Есть ли реальная история Луика?

Д: Прототипом Луика стал британский школьник Лукас Мюррей, освоивший технику «человеческой эхолокации». Таких людей, способных «видеть ушами», как летучие мыши, в мире всего несколько человек. Ну, а вся остальная история про незрячего художника и его завистливого брата, мной придумана.

Джон Маверик Интервью

А: «Чайник, которого не было» — отличный рассказ. Вы любите ставить психологические эксперименты над своими героями. Что вас подталкивает к таким рассказам. С чего начинается создание рассказа?

Д: Начинается по-всякому. С эмоции, образа, кем-то оброненногго слова. С чего-то легкого, как дуновение ветра. А психологические эксперименты помогают людям раскрываться, так же, как и чрезвычайные обстоятельства, катастрофы, войны. Перед лицом опасности и близкой смерти с человека, как луковая шелуха, осыпается все наносное. И наступает момент истины. Эксперимент — это «бескровный» способ выяснить, кто есть кто.

 Эксперимент — это «бескровный» способ выяснить, кто есть кто.

—Дж. Маверик

А: Давно мечтаю написать хоть что-нибудь больше четверостишия в художественном плане, но муза спит. Может что-то посоветуете мне и начинающим авторам?

Д: Пишите и не бойтесь. Главное, чтобы было, что сказать, а «легкость пера» придет со временем.

А: По моему впечатлению вы пишите больше всего об аутсайдерах. Как считаете, каждый человек немножко аутсайдер или таких меньшинство?

Д: Это с какой стороны посмотреть. Аутсайдеров, конечно, меньшинство, на то они и аутсайдеры. Но почти каждому человеку знакомо чувство отчуждения от толпы, собственной беспомощности и ненужности, одиночества.  В этом смысле можно сказать, что «все мы немного аутсайдеры».

А: Какие свои  рассказы вы любите больше всего и какие не любите?

Д: Все немножко люблю. Рассказы они ведь как дети, в каждом оставляешь какую-то частичку себя. Есть более значимые, в которых пытался осмыслить какую-то важную для себя проблему (такие, например, как «Опрокинутые зеркала» или «Сказка-ложь»), и случайные, написанные «под настроение».

А: Ваши любимые писатели? И почему.

Д: Любимых писателей много, но самые-самые, пожалуй, Виктор Пелевин, Чак Паланик и Харуки Мураками.

А: Если взять современных авторов, то кого выберите русских или немцев?

Д: Я выберу талант, смелость, фантазию, искренность, умение удивлять и радовать. А немец, русский или кто-то еще — какая разница? Если слово живое, оно останется живым на любом языке.

А: В каком жанре точно никогда писать не станете?

Д: Вряд ли когда-нибудь стану писать детективы. Загадки из серии «узнай, кто преступник» мне мало интересны. Не думаю также, что возьмусь когда-нибудь за военную тему — есть вещи, которые надо пережить, чтобы осмелиться их описывать.

А: Джон, у Вас есть сравнительно недавний рассказ “Сказка -ложь”. В нем собрано несколько историй вокруг одной, есть отсылки к Мураками и даже Кингу. Или мне показалось?

Д: Отсылка к Кингу — это, наверное, образ «злого клоуна»? Так его автор — не Кинг, а Эдгар По. А так, рассказ, конечно, не обособленный, он часть литературного пространства.

А: Если взглянуть на каждый рассказ,как на способ разобраться автора в своих переживаниях, то великие писатели становятся как-то ближе. Вам так не кажется? Я до разговора с Вами даже и подумать не могла о такой теории.

Д: Наверное, у каждого писателя по-своему. Кто-то пишет ради денег, а кто-то (уж если речь зашла о великих) надеется изменить мир. Я не могу говорить за всех.

А: В заключении наберусь смелости и попрошу у вас разрешения на публикацию одного из ваших рассказов на сайте. Разрешите?

Д: Да, конечно! Буду рад публикации.

А: Джон, спасибо вам за интересное интервью. Я по новому взглянула на малую прозу. Надеюсь еще ни раз с Вами побеседовать!

Д: И вам большое спасибо за беседу!

comments powered by HyperComments
WordPress: 58.53MB | MySQL:109 | 2,012sec